ЛЕДЯНОЕ СЕРДЦЕ 

«…Слезы ее упали ему на грудь,

проникли в сердце, растопили его

ледяную кору и расплавили осколок»

(Г.Х. Андерсен) 

Я смотрел на небо и видел там звезды. Они помнили и постоянно напоминали мне о том, что было. Я перебирал в памяти прошедшие события и думал, почему у меня все не так, где я совершил ошибку? Может, когда подобрал на дороге полумертвого человека? Передо мной, как сейчас, стоит эта картина.

 Ночью я шел по дороге. С неба на меня смотрели звезды бессмертными лучами в чудном сумраке. Тело ныло, болела старая рана, меч ударял по ноге. И вдруг сквозь музыку звезд послышался стон. Мое сердце замерзло настолько, что меня не трогали ни стоны, ни мольбы, ни вообще что-либо. Я подошел ближе лишь для того, чтобы полюбопытствовать. И за это теперь, наверное, и плачу. На траве лежал человек в одной набедренной повязке, а в груди чернела страшная рана. «Как он еще жив!» - подумал я. Он не молил меня ни о чем, но глаза были открыты, и в них застыла такая мука, что и теперь вспомнить страшно. Я собирался уйти, но ноги против моей воли не несли меня, а руки…  Руки потянулись к человеку, чтобы помочь. Я не узнавал себя. И это был я, который не щадил в битвах врагов, не давал уйти никому, никогда не заключал перемирий, никогда не любивший никого и выступавший как против врагов, так и против друзей?! Это я, которого звали Владеймиром Ледяное сердце. Не знаю сам, не ведаю, что сталось со мною, только, посмотрев на звезды, я вдруг почувствовал, что не брошу его. Взвалив раненого на плечи, я двинулся дальше. Долго тащил я его, без сознания, с еле теплившейся жизнью, тащил упрямо. Наконец очнулся он, и узнал я, что зовут его Александр, а из земли пришел, называемой Трилака, что за эльфьими и гномьими горами. Что да как с жизнью его было, не ведаю, рассказал только, что магией он владеет, да напали на него разбойники, подло сзади, напали и все украли, а его мечом проткнули да умирать на дороге оставили. Велико было его искусство говорить, оно очаровывало.

 Вот и сказал вроде все, ан нет. Посмотрю на него и - как пес на привязи. А пнет хозяин, погонит со двора, не уйду. И страшно даже становится. Чем приколдовал меня голубоглазый маг? Чем привлек? Никогда мне так трудно не было. Вот и думаю, горюю, что со мной?

Потом когда остановились мы в тени прохладной родника, а Александр все еще лежал, спросил его я: «Почему обидчиков своих не наказал ты?» Неужто никогда в руках своих меч не держал он. Ведь он же маг, ответить б мог. Тогда сказал мне Александр те чудные слова: «Ты ведал битвы упоение и радость, а я в созвучье слов, в сиянье духа черпаю сладость. Они могли убить меня, но душу - никогда. А битвы - что до них мне?» И так хотелось мне узнать это созвучье, эти слова, в чем для него их важность, что попросил его я рассказать об этом. И говорил потом со мной он много. Тогда лишь понял я в чем тайна слов его была.

……………………………………………………………

У костра, в юном свете нарождающейся луны, сидели двое. Александр упражнялся в магии, а Владеймир молча точил свой меч. Оба сосредоточенно молчали, пока не попросил, наконец, маг Владеймира спеть песнь воинскую. Тот согласился. Когда маг устал упражняться, он запел свою песнь. И песня та листком осенним запала Владеймиру в душу, и показалась ему прекрасней звезд июньских, сверкавших в полумраке.

Он быть хотел героем

С детских лет.

Он прорывался  с боем

Сквозь череду жестоких бед.

Один, всегда один

Идет по жизни он.

И вот последний миг пришел,

Взглянул на небосклон.

И помолился горячо,

И вспомнил о многом,

И меч повесив на плечо,

Отправился в дорогу.

Но вот ушел,

И стало вдруг

Так пусто, холодно вокруг.

 Потом они долго шли, думая каждый о своем. А ночью, расположившись на ночлег, почувствовал маг неуловимое чье-то присутствие, да поздно. Из кустов вылезли разбойники, решили, видно, что добыча не уйдет. Однако Владеймир умел владеть мечом. Когда началась драка, он сзади услышал крик и в тот же миг оглянулся. Медленно на землю опускался маг с засевшей накрепко стрелой в груди. Смерть! Сразу же почуял Влайдемир. Он бросился и тут - удар. И только досада, что все же кто-то достал его сзади. Он изловчился и полоснул кинжалом. И, расчищая дорогу, двинулся к Александру. Наконец, дорога была свободна. Владеймир упал на колени возле Александра. «Ты жив?» Тот не отвечал, и только кровь текла из раны. А потом в последнем усилии приподнялась голова, и открылись голубые глаза, но только на миг, чтобы потом закрыться навсегда. А Владеймир выдавил последнее: «Прощай!» - и лишь потом добавил, - «Твою им душу не достать!»

                                        Эпилог 

 Мне плохо. Лучше это не выразишь. Я сидел на коленях над ним и тщательно уговаривал себя, что воину не пристало плакать. Слезы душили меня. Чтобы забыть, я запел ту песню, которую пел ему, и сам не замечал, что утираю ладонью горячие слезы. Теперь я уже не думаю, что в день тот совершил ошибку, уже не мучаюсь, от чего да почему, уже не спрашиваю, что со мной. И так знаю - растаяло теперь Ледяное Сердце. И вот сейчас я понял все и не понял ничего, но что-то болит. И кровь течет на глаза вялой струйкой. Ослабел я. Пора идти, если смогу встать.